Сердце сезона плодов всегда радовало яркими красками – багрянцем и золотом деревьев, пронзительной просинью неба, алыми гроздями рябины. К чему Эрмес оставался совершенно равнодушен, потому что все эти приметы обещали скорое похолодание, а мёрзнуть он терпеть не мог. Слишком много требуется сил на то, чтоб просто передвигаться в холодрыгу, какие тут занятия, как можно жить так вообще?
Брюзгливое ворчание самому себе было его обычным состоянием после возвращения с каникул. Потому что пришлось оставить тёплую Кастилию и вернуться на неласковую родину, что норовила угробить его с младенчества. Но Эстерхази не собирался сдаваться.

- Я тебе ещё понадоблюсь? – кузина Ирен, с которой они тренировались в паре, нетерпеливо притоптывала сапожком рядом. Сапожки у кузины были новые, как и форма, которая аж хрустела, пусть с начала занятий и прошло несколько седьмиц. Это вот всё вокруг – такое яркое и сияющее, даже сама Ирен, с её причёской волосок к волоску и задорно приподнятым носом, - изрядно Эрмеса раздражало.  Просто потому – что.
Кузина, по совместительству верный сосуд на тренировках, легко считала его состояние и снисходительно улыбнулась.

- У тебя нормально получается, - знала ведь, как бесится, что не может пробиться в число самых лучших, но не смущаясь била по больному. Что он без неё никуда, тоже знала. – Встретимся за ужином. Очень надеюсь, что за ужином, а не в лекарском крыле.
Бровью так повела, мол, не перетренируйся, а то знаю я тебя.
Зараза.
Девушка направилась к выходу с арены, а Эрмес остался в секторе для водников.

Стоял, заведя руки за спину и пытался закрутить воду максимально быстрым водоворотом. Каникулы мало того, что расслабляли, так ещё и портили привычки. Подрабатывая то там, то сям по просьбе родни, он возвращался к манере новичков – помогал себе пассами. Без всякой надобности, но и торговцы, для которых водил корабли-лодки, и простой брат мельник с водяными лопастями у жерновов, охотнее доплачивали за представление. Их даже пруд, взлетевший в воздух и рухнувший на поле всей мощью воды не так впечатлял, если маг просто неподвижно стоял рядом.
Темнота неучёная, что с них взять.

Результатом он доволен не был, но остановился, когда почувствовал, что действительно вымотался. Нет смысла загоняться себя – завтра будет новый день, в продолжение к этому.
Тем более что на арену подтянулись курсанты младших курсов – вернее курсантки. Вернее, старшая дочь кайзера с напарницей. Действительно пора убраться. Как бы часто не повторяли в стенах бывшего монастыря про равенство между магами, извечного мироустройства это не меняло. Аристократы шли по центру коридора, а простолюдины жались к этим самым монастырским стенам, давая им дорогу. Допускалось – фехтовать в общем зале, обучаться танцам, то есть позориться по полной. Обращаться без дозволения.

- Любезные фро, - поприветствовал девушек Эстерхази, когда они сравнялись.
И окинул принцессу быстрым цепким взглядом. Вспомнилось вдруг, что у её брата, когда тут учился, был особый дом неподалёку от академии, где его высочество любил проводить досуг с друзьями и теми, кого приблизил к себе. Очень весело развлекались, судя по восторженным рассказам везунчиков, кто там бывал. И весьма… разнообразно. Настолько, что даже кастильские кузины, что щедро делились с Эрмесом любовными премудростями, такого точно не вытворяли.
Интересно, подобное образование обязательно для всех в королевском доме, или только для мужчин? – шутливо пролетело в мыслях. Быстро, но напарница принцессы уловила неподобающее и нахмурилась, в ответ на что Эстерхази только брови поднял.
Уж думать-то точно каждый волен, что пожелает.

Отредактировано Hermes Esterhazy (2026-04-22 19:01:03)

Обращение по фамилии – от принцессы, кто бы мог подумать, - заставило Эрмеса замедлить шаг, а там и вовсе остановиться. Только в прошедший сезон хлебов, когда заметно окреп и вытянулся, он начал ловить внимательные женские взгляды. Обращённые на него с легко читаемым интересом, льстящим мужскому самолюбию, а не «вот бедолага, хоть и ничего так», как было ранее. Жаркое кастильское солнце не только щедро делилось с ним силой, но и покрыло кожу загаром, так что он вполне мог сойти за урождённого кастильца, хотя родился на севере. И по пути в академию всегда заезжал в Вустер, чтобы провести несколько дней с родителями и младшими сёстрами. В детстве встречи были мучительно неловкие, когда и родная кровь не спасает, ведь, по сути, абсолютно чужие друг другу люди. Но Эрмес подрастал, обучение в академии шло ему на пользу – теперь он с лёгкостью выстраивал беседу, а не молчал, рассматривая носы своих башмаков. Новых, заказанных у сапожника рачительной тёткой Карлитой, ставшей ему второй матерью, немного «на вырост», а потому набитых под пальцы паклей. Пакля мешалась и колола в пальцы, но зато служила сущим спасением – отвлекала от тягостного разговора.

В этот же раз Эрмес бойко задавал отцу вопросы о том, что того интересовало более всего – товарах, пошлинах, податях, спросе у покупателей и путях доставки. И родитель преисполнялся собственной значимости и гордости за отпрыска. Мать расспрашивал – о травах в огороде, что она пыталась разводить. В сезон цветов, следуя в приграничный форт на практику, Эрмес тоже наведывался к семье и зазвал с собой курсанта-приятеля, мага земли. Теперь у матери травы и цветы благоухали и цвели пышным цветом, на зависть всем соседкам. Словно росли на Драконьих островах, а не в торговой слободе Вустера. С сёстрами всегда было много проще – они просто глазели восторженно и выбалтывали всё и обо всём – что кошка привела котят прямо в лавке, на тюке с самым дорогим сукном; что матушка заказала для него новых колючих безрукавок из козьей шерсти, чтоб сынок не мёрз в холодном монастыре; что отец отвадил от дома сына горшечника, потому что нацелился выдать Велтену за младшего баронского сына и соседи шепчутся за спиной, что Эстерхази загордились, метят выше головы.
Хотя, почему бы и не прыгнуть выше – если можешь?

- Что вы, ваше высочество, - раз уж его рассматривают, то и Эрмес ответил девушке прямым взглядом.
Принцесса была очаровательна, он и так это знал, видел же раньше, но никогда так близко. Вблизи оказалось, что что улыбается девушка вполне себе мило, а не надменно, с такими симпатичными ямочками на щеках.
– Ничуть не помешали.
Он специально повернулся чуть боком, чтобы не обращать внимания на упорный взгляд спутницы принцессы, без всяких экивоков намекавший, что ему давно пора убраться куда подальше.

- Я уже завершил тренировку. Хочется быть во всеоружии к дуэли с огневиками.
Как же перед девушками и не похвастаться, ведь поединки файтеров на арене – один на один или командами: между курсами, водники против огневиков – самое зрелищное развлечение для курсантов. Обучающее, но всё же развлечение. Сравнимое только с торжествами – Рождественским балом или открытием сезона у бургомистра Фрайбурга, куда приглашали преподавателей из святой Анны, курсантов старших курсов и обучающуюся тут знать. – Вы ведь придёте болеть за свою стихию?
Вопрос скорее риторический – поглазеть собирались все, у кого не было обязательных отработок или кто не был наказан за допущенные нарушения режима.

- Не буду мешать, любезные фро, - Эрмес легко поклонился, пока ему прямо не сказала менталистка, чтоб разворачивался к выходу. – Вы ведь наверняка желаете приступить поскорее.