Конец лета – жаркая урожайная пора, время для подведения итогов года и заключения новых союзов. В былое время венец хлебов был месяцем больших турниров, где знать собиралась ни сколько для того, чтобы продемонстрировать военную удаль, но для того, чтобы лично решить множественные вопросы, обновить договоры, построить планы, внимательно посмотреть друг другу в глаза. Теперь же рыцарские обычаи истаивали, однако политическая составляющая не девалась никуда, и для собраний выбирались новые поводы: церковные празднества, охоты, дни совершеннолетия детей – годилось все, вокруг чего возможно было организовать пышное мероприятие, продемонстрировав свое влияние и изобилие.   
   И графство Ивери в этом году стало местом слета титулованных особ. Дочь Бисмарков была возведена на семейный постамент с гордостью: еще бы, одна из первых закончивших Академию Святой Анны, маг исключительно большого таланта, символ нового поворота времени, которое нужно было успеть возглавить, и граф Людвиг ловил это поветрие чутко и с размахом. Каких-то двадцать лет назад миловидная Астория, как дочь фамилии, была бы на свое совершеннолетие завидной невестой, предметом для сделки, но теперь виделась неразменным сокровищем, носителем силы, которую еще не успели до конца осознать, однако уже пестовали. 
   Всего за несколько дней в поле возле реки, под громадой родового замка вырос цветной шатровый городок со своими улицами, загонами для лошадей, складами и стражей, полный господ, их слуг и собак. Для гостей были организованы всевозможные развлечения и состязания, непременные охоты, помогающие кормить прорву людей; здесь же толклись музыканты, актеры и акробаты; в положенный час приходил читать проповеди священник, чтобы затем все к вечеру скатилось в разгульный пир среди языческих огней. Любое утро после этого было тихим. Господа просыпались поздно и неохотно, завтракали в собственных шатрах, и только после полудня вновь собирались, разбиваясь на группки по интересам, втягиваясь в новые забавы с некоторой ленцой.
    Вчерашний день для гостей был азартным: в мужской лихой компании они загнали двух крупных оленей, чьи вспоротые туши теперь были распяты возле полевой кухни, а значит, сегодня требовалось чуть более спокойное развлечение, дабы дать возможность отдохнуть коням и господским задницам. Распорядитель графа объявил для желающих небольшое состязание по поиску ценного приза, который был спрятан на территории обильного сада. Ненавязчивая игра, которая потакала праздным разговорам, особенным встречам и пустым прогулкам, демонстрирующим всякому богатство графского владения.
   Для Магнуса в качестве спутницы в этом мероприятии хозяин лично со всем вежливым пиететом навязал свою дочь. Мотивы его были прозрачны, как роса. Пусть герцогством Росенваль все еще правил старший Брок, сын его имел свои близкие связи с Гессенами и покровительствовал магам, что для будущего Астории представлялось важным. Впервые за многовековую историю женщина могла стать не просто женой и матерью, связующим звеном семейств, но и принести своему роду влияние, заняв значимый пост. Магнус улыбался Людвигу Бисмарку, видя бесхитростную его хитрость насквозь, и не отказывал. В конце концов, компания красивой девушки всегда была ему приятна, а ее чудесный дар мог принести выгоды обеим сторонам.
   - Что ж, прошу, - жестом пригласил он свою даму. – Покажете мне чудесный сад, про который столько говорил достопочтенный граф Людвиг.
   И совсем неважно, что сама Астория почти не бывала эти годы дома, на ней лежали все те же обязанности гостеприимства.

Отредактировано Magnus Brock (2026-01-26 18:03:59)

Шаг Магнуса был неторопливый и важный, как у дворовой птицы, и длинные шпоры мелодично позвякивали в такт движению. Он держал руку на витом эфесе парадной шпаги и высоко поднимал подбородок, отчего каждый его взгляд на невысокую спутницу казался снисходительным. Однако снисхождение это было не чопорным, а вполне добродушным и легкая улыбка держалась в уголках губ. Смотреть на красивое Магнусу нравилось, а дочь графа Бисмарка была хороша и юна, совсем, как спелый плод из местного сада. Нежная кожа, широкий вырез платья, вид на который был особенно приятен от разницы в росте. Даже жаль, что она не была замужем: связываться с родовитыми девицами было хлопотно. То ли дело хорошенькие простушки или чужие жены – получись состряпать с ними бастарда и никто не будет в претензии, а вот к бастарду одинокой графской дочери сразу придется приложить кусок земли. Будь Магнус на месте графа Бисмарка, и не желай портить карьеру чародейки замужеством, приумножил бы свои выгоды, подложив дочь кому-нибудь – все польза.
   - Даже удивительно, что за моей спиной говорят именно это, - ответил Магнус ничуть не питая иллюзий по поводу чужого злословия.
Слуги, которых он брал с собой на подобные мероприятия, были не просто обучены помогать господину в быту, но умели слушать, знали кого слушать и где. Господа удивительным образом мало внимания обращали на простых людей, тех кто подносил им обувь и питье, и подчас высказывались при них откровенно. После их же собственные люди носили слухи по всему гостевому лагерю, обсуждая их за работой. Великих тайн таким образом было не собрать, но общие настроения улавливались отлично. И Магнус отлично знал, что говорят про вчерашнюю охоту. Граф Бисмарк позволил ему нанести последний разящий удар загнанному оленю, чем выказал демонстративное особое отношение, и это понравилось не всем.
   - Охотничьи угодья вашего батюшки обширны и богаты. Вчера во время погони мне на пути раз десять буквально в руки запрыгивали фазаны! Не преследуй мы оленя, можно было бы хватать и тут же сворачивать им шеи!
   Как и всякий охотник Магнус, конечно, преувеличивал. Перепуганный собаками фазан перелетел ему дорогу всего один раз, едва не угодив в голову, но разве о таком расскажешь прелестной спутнице?
   - Мой повар чудесно готовит фазанов, знаете… с гранатами в винном соусе – дивное нежнейшее мясо выходит. Надо было все же поймать одного. Впрочем, кухонные люди вашего батюшки справляются не хуже. Поди не привычно вам есть с графского стола после Академии?
   Магнус глянул на Асторию с легким прищуром.
   - Должен вас отдельно поздравить с окончанием магических курсов. Таких людей, как вы в истории Айзена еще не бывало. Каково оно на той стороне, фро Астория?
   Вопрос собеседница могла толковать как угодно, Броку было лишь важно отвести разговор от себя и посмотреть, что Астория намерена с этим делать. Да и сад был не пуст. Прочие гости так же бродили по нему густо, не успев еще далеко разбрестись от центрального входа, а потому все еще был велик шанс наткнуться на чужую спину и чужое ухо.

- Я почти уверен, что за моей спиной говорит зависть, - с улыбкой ответил Магнус, - а отнюдь не восхищение.
   Завидовать наследнику герцогства было в чем, а от того ответ этот звучал так обще и пусто. Меж тем о Магнусе Броке говорили разное: задавались вопросом, как так вышло, что оба его брата, скончались без наследников; что неожиданно в рассвете здоровья и лет, увяла жена; насколько он близок с семейством Гессен; сколько достопочтенных господ скончалось от его клинка и к скольким достопочтенным дамам употребима похожая метафора; а главное, как глубоко проникали его дела и интересы в чужие земли. Но не пересказывать же всю эту занимательную гнусь хорошенькой спутнице?
   -  Уговорить моего повара вы можете попробовать, - непринужденно позволил Магнус. – Заодно проверим, как хорошо он умеет хранить секреты, и чему вас научили в Академии. Только прошу, Ханс - человек уже в летах – его сердце может не выдержать чрезмерной настойчивости юной фро, а мне хотелось бы еще насладиться его блюдами. Все-таки он мастер. Если пожелаете, то можете оценить его способности вместе со мной. Выберете что угодно – я вам это достану, а он приготовит. Все же юность не должна знать ограничений…
   Приглашение было вызывающим. Но если граф Бисмарк затеял эту игру, то почему бы не испытать ее правила? Астория старалась держать лицо, но искушенному человеку ее старание было заметно. В мире светском, среди фальшивых улыбок и слов, читать язык тела было бесконечно важно, почти так же важно, как читать тело боевого противника, и Магнус неплохо этому обучился. Насколько при этом ему самому удавалось прятать истинные мысли, оставалось моментом спорным.
  Вот, например, вопрос Астории о магах был шутлив, однако при этом таил в себе такую глубину общественных страхов, что не каждый бы посчитал его шуткой. Благо чтобы не отвечать на него, у Магнуса появилось возможность из-за женской неосторожности. Открывала она и иные перспективы.
   - Не берите в голову. Вам не больно? Мы можем поискать место, где присесть, - участливо предложил он, охотно подставив Астории локоть. – Место более тихое и укромное. Ведь едва ли приз спрятан прямо на центральной аллее…
   Было это случайностью или маленькой женской уловкой, Магнус не задумывался, ведь несла она за собой разрешение к еще большей близости. А приз не так уж был важен, и искать его излишне старательно Брок не собирался. Эта малость вполне была тем, где он мог уступить всем прочим,  ведь у него было чем развлечь себя помимо этого.
   -  Скажите честно, вам известно, где спрятана вещица? – заговорщицки поинтересовался Магнус, накрывая ладонью девичьи пальцы у себя на локте, походя пригладил их с вкрадчивой ласковостью. – От отца, от слуг… из их мыслей… Как вы боретесь с соблазном проникнуть в чужую голову? Например, в мою…
   Пользуясь своим положением, Магнус теперь сам прокладывал путь в незнакомом для себя саду, неторопливо уводя Асторию туда, где заросли казались гуще, а гуляющих фигур меньше.